?

Log in

нафталин.

Словно провода над Москвой в безотчетном ожидание вытянуты нервы. Кажется послышатся вот-вот мерные шаги, отворится дверь и появится на пороге неизбежно странное событие, несущее за спиной перемен первоцветы. И с изящным, почти аристократическим принебрежением, расставит цветы по углам памяти, а я заплачу, чтобы они не завяли. Капли, с тех пор, закончатся лишь тогда, когда последний лепесток, убитый временем (из-за соображений удобства так принято думать) упадет на черное дно безысходности. И с каждым новым дождем, мне будет казаться, что кто-то холодным скрипичным смычком  пытается веки поднять насильно.
я опять стала попадать на одинаковое время. смотрю на часы, а цифры одинаковые: 22:22, 23:23, 07:07...и так  около 5 раз в день.
мне везде попадаются слоны: в застывшем воске, в тенях  и рекламных плакатах. я  стала слышать кукование кукушки за окном и у меня чешется ладонь ко встречи. когда просыпаюсь, открываю глаза внутреннее веко разрисовывают водоросли-сюжеты,
мне очень тяжело ездить в метро и касаться незнакомых людей. мой мозг работает очень быстро и выбирает самые короткие алгоритмы: пути-ответы (информационно-емкие, словосберегательные). Но это не значит, что я не хочу дождей капель.

Ласточки


Визг вдребезги взвинчивает.

Этот звук всё обезличивает.

Скрип скрипки скрадывает

отвращение от вращения.

Носорог-жук пугает прикусом...

В то время, ночью как,

принц прицокнул все принципы.


Манежный паж - дурак!

Творит невозможное, ловкое.

Ласточки просили лязг прикончить

у санаторно-курортных крыс,

но крысы корыстью призванные,

обрезали щётку ресниц

у покорных, спящих мальчиков.

Чтоб терялась бахрома нимфеточная...

Это крысиное восстание -

прослыло кроваво-конфеточным.


На утро проснулись мальчики,

по прежнему в лаковых туфельках,

но с безвозвратно утраченной

поволокой полнолуния.

Кричали печальные ласточки

в небе фарфорово-сером:

"Милые, милые мальчики!

Ну что же крысы наделали?!

Теперь принц на вас и не взглянет,

не приласкается паж.

Отвращение от вращения -

застыло в блеклых ваших глазах"


Взлетающие фраки-хвосты,

жук-носорог откусал от ласточек.

Чтобы сделать каёмку ресниц

обесцвеченным скучным мальчикам.


От боли плакали птицы.

И скомканно падали вниз.

Невзрачное стало небо.

Пустынное стало небо.

Зато вернулись нарциссам

рисунки ресниц.


Влилась лунность в форму зрачков.

И затопали мальчики ножками.

Мерили силу своих каблучков,

звонко как принцы цокая.

А под туфельками, под лаковыми

хрустели хрупкие косточки

маленьких мутных и знаковых

птичек...

Бесхвостых...Бесхвостых.


Минорно мается скрипка.

Принц выбирает мальчика

с густыми-хвостами ресницами.

mine prime-time



Кровинка моя
свернулась во мне молоком.
Наверно нельзя
сжигать стариковский дом.
Ведь только потом
прольется рассвет
на пыль застынувших лет.
Я тысячу раз
давала приказ циферблату.
Но он напоказ отвергал
своё обещание блата.
Числа немели в руках
соляными столпами
и рассыпались сухими годами.
Словами.
У мерных огней
не блестеть чешуей - это не я.
Мелькают рваной дугой
минуты-края.
А меня кроет поверх
как в рекламе Skittles .

У мамы в квартире
хранятся пластинки Beatles .
и теливизор ELIN.

я верю только одному:
Мёртв только дедушка
ленин!
 

Я проткну вилкой свой рот,

чтоб измазать кровью твои брови.

Ты оценишь несветский подход

и по-советски подаришь ладонь мне.

Но ладонь мне твоя не нужна.

Придержи для того, кто попроще.

Кто цветы сушит и гнёт,

но не рвёт их в частые клочья.

А в моём гербарии праздник:

женятся божьи коровки.

у невесты даже фата

пахнет синей, контрастной хлоркой.

жукам нужна жилплощадь.

Ну где ты там мокнешь родная?

Я ведь почти одесская волна,

а ты не знаешь и в москва-реке полощешься.


антиманжетное.

Трагичность множится в бровей изгибах.
Кричат зрачки: вот-вот погибну.
Тебе бы кинуть грошь. Поплакать бы.
Но ты уже не жмешь из глаз отвагу.
В руках изломинка как кинопленка.
Ты не стремишься родить ребенка.
Бабка-соседка протезом скалится:
"Вот так умрешь и что останется?
Гранёный чай без подстаканника!
Давай, женись сынок и жизнь наладится."
Зацарапает дождь окно.
Сны порвутся нервной дугою.
Я тебе говорю об одном.
А ты мне, совсем про другое.
Отвечай на вопросы!
Отчего вдруг все хотят твой профиль себе на монеты?
Не знаешь?
Потому что им жизненно важно
заляпать своей рутиной трагичность твоих миров.
Ты готов...
заполнить пробой уютным обедом
как твой другой сосед, носитель мытых рукавов
и откипевшихся манжетов?

Мёртвая артистичность твоя

не рвёт простыни края.

Твой безнадёжный глаз

создан специально для нас...

Мы злые врачи. Лежи. Не кричи.

Мы холод. Мы стали душа.

Дыши не спеша. Молчи.

Мы кожу нежно твою сдерём.

И постелим на входе в раю,

чтоб святые вытерли ноги.

Мы вены твои растянем канвой.

А ты умирай, терпи эту боль.

И сохни под лампой, несчастный комок!

За то, что тебя не спасёт этот Бог.

Обыкновенный зуд.


Рассказываю значит... Вот уже три дня и три ночи, Володю несказочно мучил зуд. Началось все с того, что он пришел домой из автосервиса, где работал мотористом, собрался мыть руки и заметил на тыльной стороне ладони маленькое красное пятнышко. Инстинктивно всковырнув его ногтем, он густо напенил руки ландышевым мылом, вытер уютным махровым полотенцем и пошел есть свой неумелый холостяцкий ужин. Так все началось три дня и три ночи назад. За это время маленькая красная точка на тыльной стороне ладони разраслась по всем рукам воспаленно пупырчатой кожей, не перестававшей чесаться ни на минуту. Тогда, Володя сходил в аптеку, выслушал наставления молоденькой девушки-фармацефта, считавшей себя невероятно важной, купил несколько мазей и таблетки для верности, после чего, с полной убежденностью в скорейшем излечение, пошел домой. Было уже поздно, он посмотрел теливизор, полистал январский "За рулем" и лег спать. Как это обычно бывает, за окном загудела чья-то автосигнализация, которая смогла пробить крепкий Володин сон. Проснувшись, он зябко потянул одеяло, почему-то подумал, что не любит фольгу и вляпался рукой во что-то холодно-мокрое. Неизвестность происхождения этой влаги не на шутку напугала, и он встал включить свет. СВЕТ. На белом пододеяльнике сияло яркостью красное пятно, округлое ненастолько, чтобы считаться ровным, зато округлое настолько, чтобы считаться округлым, умеренное в своем диаметре. Володя зажмурился от удовольствия. Его переполняло миллионом оттенком чувст. Первое о чем он подумал, что это пятно должно было быть всегда, потом он увидел в нем всю свою сущность, но не успел четко осознать эту мысль, как вытесняя появлялись все новые и новые. И наконец, в потоке хаотично связанных мыслей, уловил то, что ему нужно делать. Он все понял. Володя пошел в ванную, взял полотенце, вывалил из кухонной полки посуду, достал металлическую тёрку и подошел к окну. Город спал, далекий от этого прозрения в квартире на Ленинском..., Волгоградском..., Дмитровском проспекте. А Володя..., Саша и... Антон стояли у окна с полотенцем и тёркой, счастливые тем, что знают безошибочно смысл.

-Бабушка, а что они дальше делали?
-Подрастешь, узнаешь.
-А ты знаешь?
-Я старая, забыла уже. Давай, спи.
-Бабуль, ну расскажи мне еще сказку.
-Хватит, поздно уже, спать надо. Все я выключаю свет, спи.
-Не надо. Мне страшно.
-Мне теперь свет что ли не выключать? Электричество денег стоит. сПокойной ночи.


Молча пьёт водку боль.

Не закусывает.

У неё в кармане моль.

Дно отсутствует.

А в квартире за стенкой

у соседей погиб ребенок.

И клюют грачи

засохшую кровь с пелёнок.

Села боль писать богу письмо

с просьбой маленькой:

привезти из заморья райского

цветик аленький.

И приглашает боль бога в гости...

а соседи напротив смотрят новости.

Вчера у них ощенилась сука

мёртвым приплодом.

Отчаянно скулила сука

во время родов!

Боль дописала письмо.

Конверт запечатан.

Но P.S. пишет богу боль:

"пшел к черту!"

 

Купи, а?


Выдалась у меня тут свободная минутка на днях, решила позвонить бабушке. Набрала номер, а в трубке гробовое молчание. Не соединяют. Чертыхнулась. Набрала заново. На другом конце провода послышалась музыка Моцарта и увы не бабушкин голос: "Алло девушка, Вы меня звали? У Вас есть 5 минут. Отсчет пошел."
"Для начала здравствуйте" - ответила я.
- Какое начало, конец, конец, конец! А вообще, Спасибо, не болею.
-А хочется?
-Вздор.
-Где вы сейчас находитесь?
-Везде.
-А как вы выглядите?
-Так как вам нравится. Сегодня Брэд, завтра Дэпп. Могу Агилерой и Кустурицей. Могу даже Якубовичем.
-Как вы совращаете?
-Красиво. А что, вечных вопросов не будет, а?
- К чему мне вечные ответы, я смертна.
-Ага. Понял. Это мы мигом. Душу будем продавать? Вы вовремя обратились, у нас открылась новая кредитная система . Постоянным клиентам - накопительные скидки. Перечень услуг: деньги, вечная молодость, слава, власть. Все что пожелаете на выбор. Можно конечно все и сразу, но дороже выйдет. Договор оформляется сутки. У вас будет время подумать.
-Нет, спасибо.
-Для ознакомительного просмотра могу прислать каталог. В нем новое приложение: сверхъестественные силы. Кстати, вот еще, ...Только сегодня, уникальное предложение: ДУША! Размер

XL. Состояние хорошее. Почти новая. Скидка 50 %. Торг уместен. Обращаться по телефону: 888-88-88. Спешите и получите в подарок емкость для грехов! Товар ограничен. Разврату подлежит.
-Эх, какой то вы не соблазнительный и неубедительный...и голос у вас не завораживающий. А я так ваш образ любила... глазки ваши зеленые рисовала.
-Какое там! Рыночная экономика, бля...
-А где Бог?
-Да что он вам всем задолжал что ли?! Спрашивают и спрашивают! С Петром в отпуске он. В отпуске. Как вернется - я на пенсию, хватит с меня. Я свое отработал. Девушка, у меня тут 2-ая линия. До свидания.
  Не успела я положить трубку, как раздался звонок. Елейный женский голосок как мёдом обмазал: "Здравствуйте. Открылась новая стоматологическая клиника..."
Ну почему постоянно надо что-нибудь впаривать: новые зубы, славу, вечную молодость? Рыночная экономика, бля. Беспонтовая рыночная шлюшка.